Поддержать команду Зеркала
Белорусы на войне


Выборы в Палату представителей (нижнюю палату белорусского парламента) состоятся 25 февраля 2024 года — указ об этом подписал Александр Лукашенко. О готовности побороться за мандат уже заявил лидер ликвидированной партии «Зеленые» Дмитрий Кучук — хотя он признает, что «в Беларуси нет честных свободных выборов, а наши голоса никто не считает». Имеет ли его инициатива смысл? Чтобы это понять, мы вспомнили, кто из оппозиционеров попадал в состав Палаты представителей до этого и чего им удавалось добиться.

Как появилась Палата представителей?

Еще при Иосифе Сталине в СССР и в каждой из союзных республик появились декоративные парламенты — Верховные Советы (ВС), депутаты которых избирались безальтернативно (то есть чаще всего на каждом участке на выборы шел всего один кандидат). Выборы в ВС БССР XII созыва, состоявшиеся в 1990 году, прошли уже на альтернативной основе. Возник реальный парламент, который продолжил свою работу после обретения независимости, а в 1996-м передал эстафету Верховному Совету нового, XIII созыва.

Избрание последнего проходило с огромными сложностями в несколько этапов и сопровождалось многочисленными нарушениями. Тем не менее это еще были относительно демократические выборы. В целом новый парламент первоначально лояльно относился к действующей власти. Провластная фракция «Согласие», а также коммунисты и аграрии поддерживали пророссийскую политику Александра Лукашенко и курс на интеграцию с РФ.

Но многочисленные нарушения законов и угроза установления диктатуры — Лукашенко объявил о проведении референдума и вынес на него новый вариант Конституции, дававший ему почти неограниченные полномочия, — заставили парламентариев консолидироваться. 18 ноября 1996 года в Конституционный суд (КС) поступило обращение с подписями 73 членов Верховного Совета, что давало основание начать дело об импичменте — то есть об отстранении Лукашенко от власти.

Митинг накануне референдума 1996 года. Фото: 90s.by
Митинг накануне референдума 1996 года. Фото: 90s.by

Но Лукашенко осуществил государственный переворот. При помощи России он заставил спикера парламента Семена Шарецкого подписать 22 ноября Соглашение «Об общественно-политической ситуации и конституционной реформе в Республике Беларусь». Противники договорились, что референдум будет иметь консультативный характер (то есть его решения не будут обязательными), а Конституционный суд отзовет вопрос об импичменте. Хотя Шарецкий не имел права подписывать такой документ без решения парламента — как, впрочем, и глава КС Валерий Тихиня.

Процедуру импичмента прекратили. После этого фракция «Согласие» сорвала ратификацию Соглашения в ВС, а Лукашенко заявил, что референдум будет иметь обязательный характер. После голосования, прошедшего 24 ноября с многочисленными нарушениями, политик заявил о своей победе.

Уже на следующий день, 25 ноября, представитель «Согласия» заявил на заседании Верховного Совета, что этот парламент прекращает свою работу. А через 20 минут состоится собрание депутатов, которые будут работать в Палате представителей (ПП). В Конституции ни о каком собрании депутатов речи не шло, его решения не могли иметь силы.

Констатируем: ПП, депутаты которой представляли только 43% избирателей, участвовавших в выборах 1996 года, появилась в нарушение законодательства и в результате госпереворота.

Кого из оппозиции включали в состав депутатов?

Число попадавших в Палату представителей депутатов, не согласных с Александром Лукашенко, можно пересчитать по пальцам двух рук. И это не преувеличение. Главная причина — фальсификация всех последующих парламентских выборов.

Впрочем, оппозиции в первом созыве ПП (1996−2000) не было бы все равно. Ведь для попадания туда было необходимо признать совершенный Лукашенко госпереворот.

Выборы во второй созыв (2000−2004) большая часть оппозиции бойкотировала. Тем не менее туда пропустили двух альтернативных кандидатов: экс-члена Объединенной гражданской партии Владимира Новосяда и Ольгу Абрамову — в прошлом председателя Белорусского объединения «Яблоко». Кстати, оба в прошлом были депутатами разгромленного Верховного Совета XIII созыва. Также в тот парламент прошли три кандидата, которые позиционировались как провластные: генерал Валерий Фролов, бизнесмен Сергей Скребец и олимпийский чемпион по гребле Владимир Парфенович. Но уже после избрания они неожиданно объединились в оппозиционную группу «Республика».

Фото: пресс-служба Палаты представителей
Овальный зал Дома правительства, где заседает Палата представителей. Фото: пресс-служба Палаты представителей

После этого никаких случайностей при формировании Палаты представителей власти не допускали. В третий созыв (2004−2008) из оппозиционных политиков пустили лишь уже упоминавшуюся Абрамову. В четвертый (2008−2012) и пятый (2012−2016) — вообще никого. В шестом созыве (2016−2019) работали представитель «Таварыства беларускай мовы» Елена Анисим и представитель Объединенной гражданской партии Анна Канопацкая. Последняя, впрочем, вскоре вышла из ОГП. В теперешнем, седьмом созыве (2019−2024) оппозиции вновь нет.

Семь оппозиционных кандидатов за семь созывов и 28 лет существования Палаты представителей — не густо. Добавим, что среди этих людей лишь Фролов, Парфенович и Скребец давали властям хоть какие-то поводы для беспокойства (об этом мы еще скажем ниже). Новосяд, Абрамова, Анисим и Канопацкая оказались «конструктивными» депутатами. А вот из оппозиции, реально бросавшей вызов Лукашенко, в парламент никого не пускали.

Но это оказалось не единственной преградой, выставленной Лукашенко для потенциальных конкурентов. В варианте Конституции, который этот политик продавил через референдум 1996 года, появилось следующее положение: «Законопроекты, следствием принятия которых может быть сокращение государственных средств, создание или увеличение расходов, могут вноситься в Палату представителей лишь с согласия Президента либо по его поручению — Правительства». Под эту формулировку можно было подогнать любой документ. Вообще сложно представить себе закон, по которому можно однозначно сказать заранее, что он не потребует корректировок по государственным расходам.

Это стало одной из важных причин, почему законодательная инициатива даже оппозиционных депутатов практически сведена к нулю.

Попытки Новосяда и Абрамовой

Нормальный парламент — место для дискуссий и обсуждения проблем, существующих в обществе. Ничего этого в Палате представителей практически никогда не было.

В 2006-м Лукашенко даже поблагодарил белорусских парламентариев «за конструктивную деятельность»: «Вы помните, как когда-то в этом Овальном зале бушевали страсти (в этом помещении в 1990-е годы работал Верховный Совет. — Прим. ред.). Как только вы начали работать, заниматься делом, так и в обществе все стабилизировалось. В этом большая заслуга такого важного элемента власти, как наши законодатели. Поэтому благодарю вас за все, что вы сделали для народа».

Вот только за время работы Палаты представителей первых трех созывов (1996−2008) депутаты инициировали не более 3,5% принятых законов. Лишь дважды — в 2002-м и 2003-м — этот показатель составлял 9−11%. Остальные вносились самим Лукашенко или правительством. Такая ситуация, когда законодательный орган фактически не разрабатывает и не принимает законы, — абсолютный нонсенс. 

Одну из причин этого мы объясняли выше — Конституция фактически ограничивает полномочия парламента по его основной функции. Но парламентарии ни разу даже не предпринимали попытки наложить вето на законы, вносимые Лукашенко. Таким образом, на практике происходило абсолютное невмешательство Палаты представителей в политику власти, полное с ними согласие и выражение осторожных пожеланий по отдельным частным вопросам.

Что оппозиционные депутаты сделали на практике? Владимир Новосяд добился в 2000 году, чтобы журналисты негосударственных СМИ, аккредитованные при пресс-центре Палаты представителей, смогли присутствовать на пленарных заседаниях. Сама по себе ситуация, при которой журналистов не пускают на заседания парламента, выглядит фантастикой — но даже ее исправление оказалось едва ли не единственным достижением парламентариев.

Владимир Новосяд. Фото: Марат Качерена, CC BY-SA 4.0, commons.wikimedia.org
Владимир Новосяд. Фото: Марат Качерена, CC BY-SA 4.0, commons.wikimedia.org

Остальные инициативы оппозиционеров блокировались. Например, организация «Гражданский форум», которую возглавлял Новосяд, собрала в 2001-м 27 тысяч подписей против распределения (шло обсуждение закона «Об образовании»), но эту инициативу проигнорировали.

В том же 2001 году Новосяд работал над законопроектом «О Национальном собрании». В нем он предлагал два базовых нововведения: создать собственную парламентскую бухгалтерию (работу ПП финансировало Управление делами Лукашенко, что ставило парламент в полную зависимость от политика), а также предоставить депутатам возможность заниматься законотворчеством. Речь шла об изменении странного положения Конституции, о котором речь шла выше. «Законодательная инициатива, которой якобы обладают депутаты, мифична», — говорил Новосяд. Но Лукашенко в 2002-м предсказуемо оказался против таких поправок, и их не приняли. «У нас сильная президентская республика, в которой президент — глава государства, наделенный в соответствии с Конституцией широкими полномочиями. Парламент не должен и не может заниматься балансировкой президентских полномочий, поскольку это противоречит Конституции. Если кому-то расширять полномочия, то от кого-то их, соответственно, нужно забирать», — высказался он.

Как писало агентство БелаПАН, в 2004-м Новосяд разработал проект закона «Об альтернативной службе», но депутаты его также отклонили.

Аналогичной была ситуация у Ольги Абрамовой. По ее собственным словам, успехов в работе у нее было немного. «Не так давно принимали Закон „О СМИ“. Я голосовала против. Я одна голосовала против отмены социальных льгот. Но всегда, когда я голосую против, я предлагаю альтернативу. Если бы была депутатская фракция с такими подходами — это то, что я называю конструктивной оппозицией, — рассказывала она в 2008-м. — Я внесла авторский законопроект о защите прав потребителей и защите жилищно-коммунальных услуг. Это было мое единственное обязательство перед моими избирателями. Я не обещала им, что он будет принят, но я обещала им его подготовить».

Ольга Абрамова. 2017 год. Фото: TUT.BY
Ольга Абрамова. 2017 год. Фото: TUT.BY

Как отмечало агентство БелаПАН, в 2002-м Новосяд и Абрамова также обращались к белорусским силовикам Владимиру Наумову и Виктору Шейману по поводу исчезнувших белорусских политиков (Виктора Гончара, Юрия Захаренко и других, бывших противниками Лукашенко). Они имели с обоими силовиками беседы, но ничего конкретного выяснить так и не смогли.

Голодовка группы «Республика»

Единственной оппозиционной группой в Палате представителей была упоминавшаяся уже группа «Республика», куда вошли Фролов, Скребец и Парфенович. Первоначально их критика власти была достаточно мягкой, поэтому депутатов даже звали на гостелевидение. Все изменилось в 2004-м. Тогда пошли слухи, что Лукашенко объявит референдум, победа на котором позволила бы ему занимать пост президента неограниченное количество раз (до этого в Конституции было прописано ограничение в два срока, а выносить вопросы такого характера на референдум и вовсе запрещалось).

3 июня Скребец, Фролов и Парфенович объявили бессрочную голодовку. Они требовали прекратить политические репрессии, изменить меру пресечения в отношении оппозиционера Михаила Маринича, а также включить в повестку дня проходившей тогда сессии Палаты представителей изменения в Избирательный кодекс, разработанные группой «Республика». Предлагалось изменить принцип формирования избирательных комиссий, включив в них представителей политических партий, расширить права наблюдателей и отменить пятидневное досрочное голосование. К трем депутатам присоединились активисты «антисистемных» ОГП и БНФ.

Слева направо: Владимир Парфенович, Валерий Фролов и Сергей Скребец. Фото: bymedia.net

21 июня, на 19-й день, организаторы прекратили голодовку. Основным аргументом стал следующий: в Палате представителей пообещали рассмотреть изменения в Избирательный кодекс. Это произошло, но в итоге депутаты так и не приняли никаких изменений. В итоге Лукашенко объявил референдум и выиграл его. А в сентябре 2004 года всем трем парламентариям отказали в регистрации кандидатами в депутаты на новых выборах.

По словам Валерия Фролова, представители «Республики» не смогли провести через парламент ни одного своего законопроекта. Из того, что удалось сделать, он называл следующее: они заблокировали принятие закона, в соответствии с которым медицина должна была стать платной, а также завалили в первом чтении Закон «О коррупции», поскольку положениям этого закона не подчинялся президент. Но последний закон затем приняли депутаты следующего созыва. Что касается платной медицины, будь на то желание властей, они бы тоже могли провести этот закон позже. Так что, скорее, мнения представителей «Республики» по этим вопросам просто совпали с позицией большинства.

Канопацкая и Анисим: за БЧБ и против закона о тунеядцах

Последними оппозиционными депутатами в парламенте оказались Елена Анисим и Анна Канопацкая. Всего за время их работы все депутаты вынесли на собственное рассмотрение шесть законов. Три из них сами отозвали. Были приняты лишь те предложения, что касались природопользования и экологии. Кстати, столько же — три собственных закона — приняла Палата представителей предыдущего созыва, где оппозиции не было.

Что сами депутаты? Сперва поговорим о Елене Анисим. В 2017-м она предложила одновременно публиковать нормативно-правовые акты помимо русского языка также и на белорусском. Ей ответили, что Национальный центр правовой информации готов публиковать документы одновременно на двух государственных языках, если они сразу будут приниматься в двух вариантах — на белорусском и русском.

Елена Анисим. Фото: TUT.BY

В 2019-м депутат предложила ввести мораторий на смертную казнь и отправила проект закона для ознакомления в пять ведомств. Но Генпрокуратура выступила против, после чего Анисим даже не стала вносить проект в Палату. В том же году депутат обращалась к тогдашнему премьер-министру Сергею Румасу с просьбой опубликовать программы интеграции с Россией, переговоры с которой шли в обстановке секретности. Но ей отказали.

В том же 2019-м в Палате представителей приняли изменения в закон «Об оказании психиатрической помощи». Анисим напомнила тогдашнему министру здравоохранения Владимиру Каранику, представлявшему документ в парламенте, что иногда психиатрическую помощь использовали для борьбы с политическими оппонентами, и спросила, что гарантирует защиту от подобного злоупотребления сегодня.

«Разработчики закона понимают, насколько это деликатная тема, — согласился министр. — У нас у всех есть историческая память». Он также сказал, что с момента принятия закона о психиатрической помощи не было зафиксировано ни одного случая использования документа «для тех действий, о которых вы говорите».

Заметим, что уже в 2022-м суд назначил принудительное лечение в психиатрическом стационаре Марии Успенской — вдове Андрея Зельцера, застрелившего сотрудника КГБ, что пытался прорваться в их квартиру.

Что касается Канопацкой, то в 2018-м она вместе с Анисим разработала проект об охране национального бело-красно-белого флага. Депутаты предложили придать ему статус историко-культурной ценности. Минкульт ответил Канопацкой, что этот вопрос не относится к сфере его компетентности.

Анна Канопацкая. Фото: TUT.BY

В 2018-м Канопацкая и Анисим проголосовали против принятия «декрета о тунеядцах» (все их коллеги были за). В целом же оба депутата не доставили власти каких-либо серьезных хлопот.

Парламент без мнения

В Палату представителей последнего созыва (2019−2024) представителей оппозиции не пустили. На общую статистику это никак не повлияло.

«За прошлый год в этом плане поработали неплохо. Шесть законопроектов, которые были инициированы депутатами Палаты представителей. Это очень хороший показатель. Это практически такой, будем говорить, самый высокий показатель за все последние годы работы Палаты представителей. Хотелось бы, чтобы и в этом году мы стремились хотя бы к этой цифре​​​​​​», — заявил в январе 2023 года спикер ПП Владимир Андрейченко. Примечательно, что даже такая низкая цифра в белорусских реалиях кажется главе нижней палаты высокой. 

Александр Лукашенко и Мария Василевич. Фото: Фото: president.gov.by
Александр Лукашенко и депутат Палаты представителей Мария Василевич. Фото: Фото: president.gov.by

Чем парламент занимался в 2023-м? В октябре, во время 10-й сессии, депутат Мария Василевич представила проект закона об обращении с животными. Этот документ так и остался единственной инициативой депутатов за весь год. Разницы с тем, есть ли оппозиционный депутат в парламенте или нет, опять не видно.

А что вообще могут сделать депутаты? Формально у них есть определенные полномочия, кроме законотворчества. Они могут:

  • Направлять запросы премьер-министру, членам правительства, а также руководителям других госорганов, в формировании которых парламент принимает участие. Эти чиновники обязаны ответить в течение 20 сессионных дней, их ответ оглашается и обсуждается на заседании Палаты представителей. Но это не гарантирует, что ответ госоргана или чиновника не будет отпиской. Депутат также имеет право на первоочередной прием должностными лицами госорганов, начальством Вооруженных сил и руководителями общественных объединений.
  • Раз в месяц задавать в парламенте вопросы членам правительства. Но чиновники могут отправлять вместо себя заместителей или и вовсе не отвечать на вопросы.
  • Работать в своем округе, проводя встречи с избирателями и их прием. Местные власти обязаны оказывать полное содействие: давать помещения и офисы для работы в округе, помогать с транспортом, оргтехникой и заблаговременно оповещать людей. Депутат также должен регулярно отчитываться перед избирателями. Для этого он может пользоваться местным радио, ТВ и газетами — все за счет бюджета. Впрочем, местные власти по указке сверху всегда могут вставлять ему палки в колеса.

Но главное, что эти полномочия не дают никаких возможностей изменить правила игры, навязанные Лукашенко. Как показывает история последних 27 лет, оппозиционные депутаты могли поднимать — иногда с трибуны, иногда в кулуарах — важные проблемы, проявлять инициативу. Иногда они добивались локальных успехов и, вероятно, помогали решать проблемы некоторых избирателей. Но в целом ничего в жизни страны не изменили — да и изменить не могли.

Читайте также